Храм Живоночальной Троицы в Троицком-Голенищеве

Возрождение храма

Как открывался наш храм. 4. 5 и 20 марта 1991 года


Следующий памятный для нашего прихода день пришелся на 5 марта. Утром не было ничего необычного. Я приехал в храм около 12 часов. Дежурная помощница Гостелерадио почему-то приветливо улыбалась.

— Пойдемте, я вам покажу, — сказала она.

Мы прошли вход, повернули налево, в колокольню. И, о чудеса, все пространство первого этажа колокольни было пусто, все находящееся в ней имущество перенесли в коридор и освободили для нас нижний куб (5 х 5 х 5 м) во все стороны для наших богослужений.

Это было так неожиданно, хотя мы просили об этом самого начальника Гостелерадио.

К большому огорчению прихожан, не знавших и не пришедших на первую молитву внутри храма, молебен был тут же отслужен. Присутствовали всего несколько человек. На стены наскоро прикрепили несколько бумажных икон, поставили два подсвечника и благодарили Бога как могли, радуясь замечательному событию. На запевах молебна вспомнили, что сегодня не простой день, а память преподобномученика Корнилия Псково-Печерского, иконочкой которого я был благословлен год назад в марте 1990 года Наместником и собором братии монастыря. Более того, во всех последующих бурях, случившихся нестроениях и недопониманиях я опирался на это благословение как на самую лучшую характеристику, документально хранящуюся в архиве Священного Синода. Ибо собор старцев монастыря во главе с Наместником избрали тогда меня предполагаемым настоятелем Подворья Псково-Печерского монастыря в Москве с упоминанием моей грешной фамилии, одобренной архиепископом Евсевием и поданной на утверждение Священного Синода.

Бог спас меня от большого позора, умудрив Синод «принять к сведению» данное предложение, ибо я — никудышный хозяйственник, и ничего хорошего, кроме, может быть, служб да проповедей, монастырю не принес бы.

Подаренная мне отцом Наместником в марте 1990 года иконочка, писанная на дереве и золоте, с изображением преподобномученика Корнилия с жезлом в руке, всегда хранилась в нашем храме, одно время украшала иконостас по центру, и духовно нас всегда поддерживала во всех наших трудностях. Связь с монастырем у нас не прерывалась никогда, только вот Подворьем мы так и не стали, пользуясь лишь молитвенным заступничеством преподобномученика Корнилия и всех старцев нашего любимого монастыря.

Эта поддержка не была только невидимой. Первый молебен был первым подарком святого угодника Божия нашему храму. Второй подарок пришелся на этот же день.

Воодушевившись первым молебном, я быстро поехал домой, сел за пишущую машинку и напечатал сразу четыре прошения на имя Святейшего Патриарха: прошение на начало служения молебнов и треб в связи с открытием новой возможности; прошение на дарование нам Антиминса для вновь сооруженного престола в честь «Святителя Патриарха Тихона и всех священномучеников, мучеников и исповедников Россиийских» и еще два прошения по каким-то текущим вопросам, не требующим срочного разрешения. На каждом листе прошений после указанного числа я, по старинному обычаю, внизу страницы приписал: «в день преподобномученика Корнилия Псково-Печерского».

Дай Бог здоровья, многих лет жизни и служения Церкви Божией архиепископу Арсению. Думаю, что это только он мог сделать то, что произошло. А произошло чудо. Обычно бумаги лежат какое-то время на пути к подписи Святейшего Патриарха, и какое-то время шествуют обратно. И тут ничего не поделаешь, потому что поток бумаг огромен и справиться с ним чрезвычайно трудно.

Чудо состояло в том, что все четыре прошения были подписаны в тот же день, — день Преподобномученика Корнилия Псково-Печерского. Такого просто не бывает и быть не может. Но в истории нашего храма было. И радость от этого памятна до сего дня и греет душу благодарностью и святому, и тем, кто обратив внимание на его имя в прошениях, организовал подпись в тот же день.

Как мы ни старались побыстрее начать богослужения уже для всего прихода, ничего у нас не получалось до 20-го числа. Читатель сразу подумает — что же праздновалось в этот день, и чем он был памятен? И не ошибется! День памятен и своим числом, и положением в Постной Триоди. В этот день торжественно празднуется Икона Божией Матери «Споручница грешных» в Николо-Хамовническом храме, у которой мне пришлось прослужить диаконом и протодиаконом целых 11 лет. Каждый вторник вечером я стоял с кадилом у чудотворной иконы и молился все эти трудных 11 лет. И в этот же день вечером, в Среду пятой седмицы Великого поста, читается Великий канон святителя Андрея Критского, который я изучал около 10 лет и по которому написал и защитил магистерскую диссертацию. Вот тебе и мистика чисел и дней! Никуда не денешься.

В этот день в колокольне произошло необычное. Сырое помещение с гнилыми досками под ногами за несколько часов преобразилось в Храм Божий. Буквально на наших глазах, нашими руками, склад стал святым местом, полным благодати и радости. Мы всё окропили святой водой, стали приносить иконы, подсвечники, аналои, лампады, поставили еще не освященный престол. И к вечеру глазам не поверили — настоящий Храм, как в глубокой древности — «обыденский», то есть построенный за один день.

И уж когда начали служить службу Стояния Марии Египетской, читали Великий канон, то без слез не обошлось. И разве мы что-то придумывали, изыскивали «режиссуру», когда повесив на восточную стену икону Владимирской Божией Матери, мы своими глазами стали созерцать житие святой Марии Египетской и читали те самые слова о том, что невидимая сила не пускала ее в Храм Гроба Господня поклониться Животворящему Древу? Ведь нас тоже невидимая сила не пускает в храм. Мы стоим в притворе-колокольне, а войти дальше не можем. Что, как не наши грехи, не пускают нас? Гостелерадио — только инструмент, по попущению Божию данный нам для принесения искреннего и подлинного покаяния. И если оно будет, то Пречистая Богородица, именно «Споручница грешных», как сказано в житии Марии Египетской, пропустит нас вперед.

Хотим и смиренно просим: Прости нас, Владычица Богородица, пусти и нас дальше пройти в храм…

Протоиерей Сергий Правдолюбов
2005 г. Фотография 2003 г.