Храм Живоночальной Троицы в Троицком-Голенищеве

О новомучениках

«Преодоление: Русская Церковь и Советская власть»


Всего месяц — с 7 ноября по 9 декабря — предполагалась экспозиция выставки с этим названием, созданной в Музее современной истории России (бывшем Музее Революции, расположившемся, в свою очередь, в здании бывшего Английского клуба на Тверской).

Месяц — ужасающе мало для этой выставки, первой за более чем два десятилетия с тех пор, как новомучеников «разрешили» и «признали». Правда, откуда-то появилась информация, будто выставка продлена до 15 января, но на сайте музея и вообще в интернете ничего подобного пока не обозначено. Неужели продлят? Неужели закончится?

Выставка эта — не то, о чем можно сказать «нравится» или «не нравится», «хорошо» или «плохо». На ней просто НАДО БЫТЬ. Надо побывать каждому, кто считает себя христианином и находится при этом в городе Москве.

Я долго собиралась на нее, подбивала многих на приходе, наконец пошла одна. И благодарна Господу, что сложилось именно так. С первых шагов уже захватило дыхание, и все те два часа, что мне хватило сил пробыть там, мне не хотелось ни с кем общаться, ничего обсуждать и, главное, согласовывать свои впечатления и передвижения с кем-либо. Потрясение, слезы, молитва… Ты находишься среди овеществленной святости огромной плотности — и антисвятости, которая обостряет всё до предела.

Шесть залов, шесть периодов, от предсоборного и предреволюционного внешнего благополучия до возрождения поруганных святынь. Между этим – страшные каждый по-своему залы. Самый страшные, конечно — НКВД-шный, нарочито темный, так что почти невозможно сфотографировать его потрясающие экспонаты. Жилетка с подкладкой из белого холста, на котором записаны чернилами богослужебные тексты; они почти совсем размыты, но удается разглядеть в нижних строках тропари Великого Пятка и Великой Субботы… Крошечный рукописный молитвослов и рядом — рукописный же сборник стихов Блока. Предсмертные письма. Предметы жуткого лагерного быта. И экран, на котором сменяются расстрельные фотографии, они смотрят на тебя глаза в глаза, эти люди — старые и постаревшие, и даже совсем юные, и остается только стоять, стоять, стоять и взывать мысленно: «Святи мученицы, молите Бога о нас!» В следующем зале эти же и другие лица образуют стену с аркой, под которой, пригнувшись, вы пройдете дальше. В центре арки — тюремное фото отца Иоанна Крестьянкина. И множество, множество лиц по стенам — исповедники, исповедники, мученики. Узнаёшь — ничтожную часть. Есть там и Правдолюбовы.

Потрясают витрины с исповеднической и мученической богослужебной утварью и облачениями. Крошечные евхаристические наборы, потир из сахарницы или из рюмочки, марлевые поручи, антиминсы — рисованные на бумаге или на холсте; миниатюрная Плащаница, копие, искусно сделанное из шильца, лжицы-ложечки… Витрина великого исповедника и песнотворца, святителя Афанасия Сахарова. Две витрины святителя Луки Войно-Ясенецкого, его хирургические инструменты…

Экраны… Кроме того экрана, где лица, — на другие трудно смотреть, хочется отвернуться и не видеть. Омерзительный агитфильм о Соловках, в котором лагерь предстает почти как курорт, с развеселыми бодрячками, купающимися в озерах и крутящимися на турничках, разухабистой самодеятельностью и даже экскурсантами с материка… Разрушение храма Христа Спасителя. В «Хрущевском» зале одна за другой сменяются антирелигиозные карикатуры, и несть им числа, и рядом же демонстрируются фрагменты трех антирелигиозных фильмов — «Чудотворная», «Тучи над Борском» и «Исповедь»… Наверное, всё это надо видеть, как и более раннюю вакханалию «воинствующих безбожников» (там тоже карикатуры, совсем другой стилистики и еще более разнузданные, порой прямо демонические), как и фотографии, отражающие страшное растление детей обезбоживанием, и детские агитационные рисунки…

Выйдя с выставки, я должна была еще минут 15 просто посидеть в одиночестве на скамейке перед входом в музей: не было сил и желания куда-то идти. Четкое сознание, что после этого надо жить иначе, измениться, что твой мир должен стать другим. Он и был другим по обратной дороге. А потом входишь в свою всегдашнюю колею, просто потому, что не умеешь всё это вместить. И знаешь, что надо прийти сюда снова, и не знаешь, как набраться на это сил, решимости и готовности. Но нельзя не прийти: вот-вот или же через месяц выставка закроется, и этого уже не увидишь — неужели же еще 20 лет?

Елена Тростникова

В воскресенье 2 декабря молодежный клуб посетил выставку «Преодоление: Русская Церковь и Советская власть», посвященную гонениям на Церковь в XX веке. Выставка организована Православным Свято-Тихоновским гуманитарным университетом совместно с Музеем современной истории России и приурочена к двадцатилетию вуза.

«Мне никогда не приходилось видеть столь много документов и подлинных вещей, связанных с историей Церкви, новомучениками, церковной утварью. Были представлены весьма ценные предметы: облачения архиереев и простых священников, евхаристические предметы, сделанные своими руками в лагерях, молитвы, вшитые под одежду, фотографии, письма, архивные документы и сюжеты видеохроники — все это дает понять нашему молодому поколению, сколь страшны были те годы. Такие выставки, как мне кажется, очень полезны для молодёжи, они учат быть воинами Христовой Церкви» — рассказывал один из участников выставки.

1
1
2
2
3
3
4
4
5
5
6
6
7
7
8
8
9
9
10
10
11
11
12
12
13
13
14
14
P1410403
P1410403
P1410408
P1410408
P1410424
P1410424
P1410425
P1410425
P1410437
P1410437
P1410452
P1410452
P1410453
P1410453
P1410454
P1410454
P1410469
P1410469
P1410482
P1410482
P1410492
P1410492